Забелин Л.В. Промышленность Машиностроения СССР

Из книги «Отечественный военно-промышленный комплекс и его историческое развитие» 30 сентября 2015, 16:03

ВВЕДЕНИЕ

Немыслимо себе представить современный бой, сражение, операцию без участия артиллерии, минометов, гранатометов, но чтоб они «заговорили», нужны многие тысячи тонн боеприпасов большой гаммы калибров, начиненных порохами и взрывчатыми веществами по современным рецептурам. Чем выше желанная для воинов скорострельность оружия, тем больше расход боеприпасов.

Эти боеприпасы, а также другие средства вооружения и военной техники разрабатывает и изготавливает Министерство машиностроения (ММ) – таково последнее предреформенное название органа государственного управления отраслью боеприпасов.

Отечественная боеприпасная промышленность имеет глубокие исторические корни. Ее развитие во все времена характеризовало общий технический и военно-технический уровень страны. Остановимся на ряде периодов в ее развитии, позволяющих объективно оценить и нынешнюю критическую ситуацию, которую она переживает с величайшим напряжением всех интеллектуальных и материальных сил и средств.

ОБЕСПЕЧЕННОСТЬ РОССИИ ПОРОХАМИ, ВЗРЫВЧАТЫМИ ВЕЩЕСТВАМИ И БОЕПРИПАСАМИ ВПЕРВУЮ МИРОВУЮ ВОЙНУ

По расчетам ГАУ (Главное артиллерийское управление царской России) русской армии требовалось ежегодно 7,5 млн пудов бездымного пороха и 800 тыс. пудов дымного, а российские заводы (казенные и частные) могли дать после реконструкции лишь около 1,364 млн пудов бездымного и 324 тыс. пудов дымного пороха. Это предопределило закупку пороха за рубежом сразу же после начала войны в 1914 г. В США командируется сначала полковник ГАУ Жуковский, а несколько позже – заведующий пороховым отделом Центральной научной лаборатории Военного ведомства, известный ученый генерал-майор А.В. Сапожников. По результатам поездки А.В. Сапожников представил отчет, где наряду с описанием конкретных сделок рассказывает, в каких трудных условиях приходилось выбивать этот порох (по астрономическим ценам), соглашаясь порой на унизительные условия контрактов.

Несмотря на всевозможные трудности, поставку пороха из-за границы удалось наладить. Огромные суммы заказов и прибыль, получаемая иностранными производителями, были решающими аргументами. Порох закупался не только в Америке, но и в Англии, Франции, Японии и Италии.

Архивные данные позволяют вычислить общее количество бездымных порохов, полученных из-за границы за период с 1 июля 1914 г. по 1 января 1918 г. Эти поступления можно определить количеством в 6 млн 334 тыс. пудов, или 104 тыс. тонн. Начальник ГАУ в годы Первой мировой войны А.А. Маниковский писал: «Потребность, исчисленная по данным Ставки на период с 1 ноября 1916 г. по 1 января 1918 г., выразилась в 11 млн пудов или около 700 000 пудов в месяц. Приблизительно только одна треть этой последней потребности могла быть удовлетворена русскими заводами, остальные две трети приходилось заказывать за границей.

Русская армия предполагала вести войну в расчете только на заготовленные в мирное время запасы. Никакого предварительно разработанного плана и подготовки к систематическому пополнению этих запасов не было. Такой план не был составлен и во время войны – по крайней мере, до второй половины 1916 г. Запасов боевого снаряжения, заготовленного в мирное время, хватило лишь на первые четыре месяца войны. За три года войны Россия выдала заказов только одной Америке (все боеприпасы) на сумму около 1 287 000 000 рублей.
Главным образом за счет русского золота выросла в Америке военная промышленность громадного масштаба, тогда как до мировой войны американская индустрия была лишь в зачаточном состоянии. За время войны усилиями заказчиков, в первую очередь Россией, привит был ценный опыт в военных производствах и путем безвозмездного инструктажа со стороны русских инженеров создан в Америке богатый кадр опытных специалистов по разным отраслям артиллерийской техники.

Теперь уже должно быть ясным, что контролирующие ведом­ства царской России (правительство, дума), урезая кредиты на развитие русской военной промышленности, экономили народное золото для иностранцев».

В октябре 1916 г. в докладе военному министру начальник ГАУ открыто признает свои ошибки: «В то же время необходимо отметить, что при более спокойном и внимательном отноше­нии к этому делу можно было бы в значительной степени сокра­тить число потраченных миллиардов, если бы, ограничиваясь заказами перечисленного выше и приобретением необходимого заводского оборудования, обратиться к развитию военной про­мышленности у себя и, тем самым, не допускать развития ее в других государствах за наш счет. Если бы так было поступлено с того момента, как выяснился истинный масштаб войны, то ныне картина была бы конечно иная».

Далее, говоря о необходимых мерах, А.А. Маниковский продолжает: «Эти меры ясны сами по себе, они частью уже принимаются и ныне, необходимо только не затормозить их дальнейшего развития, а именно: надо в самом спешном порядке развивать свою отечественную промышленность и при том в расчете не только на потребности текущей войны, но и в предвидении будущей».

Таблица 2.3.1.

Производство бездымных порохов в 1914-1918 гг. (в тоннах)
Правильный вывод, но слишком поздний. Стратегический проигрыш России пришлось исправлять ценой больших уси­лий уже при советском строе, создавая отечественную боеприпасную, в том числе пороховую, промышленность. Уровень подготовленности ее по сравнению с другими странами к войне 1914 – 1918 гг. виден из таблицы 2.3.1.

Не лучше обстояло дело и с производством взрывчатых ве­ществ (ВВ). В 1915 г. ГАУ определило на основе заявок фронтов потребность в их количестве: 258 тыс. пудов ВВ в месяц, что в 20 раз перекрывало возможности промышленности. В 1916 г. ГАУ исчисляло потребность в ВВ уже в 900 тыс. пудов в ме­сяц.

Начальник ГАУ А.А. Маниковский представил военному ми­нистру программу строительства военных казенных заводов, значительное место (-50%) в программе строительства занимали предприятия по производству ВВ и компонентов для них — то­луола, селитры, кислот и т.д.
Требования фронта заставили вновь идти на поклон к чуже­земцам (в основном к США). Было оформлено около 30 заказов на поставку ВВ в объеме 2 749 870 пудов, однако до 1916 г. Россия получила всего 722 585 пудов ВВ (тротил, пикриновая кислота, селитра, аммонал).

Война инициировала ускоренное развитие химической промышленности, были организованы новые для России химические производства по выпуску желтого фосфора для зажигательных боеприпасов, солей бария для пиротехники, хлороформа и др.

Критическим было положение и с обеспечением снарядами для артиллерийских выстрелов. Их было явно недостаточно для обеспечения фронта, что привело осенью 1915 г. русскую армию (лишенную артиллерийских выстрелов) к крупному отступлению (оставлена Польша) и миллионным потерям в живой силе. Вновь пришлось прибегнуть к заграничным закупкам. О масштабах закупок можно судить из сравнения: за все годы войны отечественная промышленность изготовила 54 млн 76-миллиметровых выстрелов и около 12 млн выстрелов средних калибров. Зарубежный заказ в 1915 г. составлял 56 млн выстрелов, но получить удалось 11 млн выстрелов. К заграничным поставкам пришлось прибегнуть и для обеспечения выстрелов дистанционными трубками, капсюльными втулками, взрывателями. По данным В.И. Рдутловского, из-за границы за время войны было поставлено к общему потреблению всего лишь 14% дистанционных трубок и 23% взрывателей.

Серьезные трудности были и с гильзовым производством из-за острого дефицита меди и неудачных попыток заменить латунь железом или картоном. Решить проблему производства стальных гильз удалось лишь в советское время. Подводя некоторые итоги, можно сказать, что русская наука в области боеприпасов не уступала европейскому уровню; тем не менее, Россия вступила в войну неподготовленной в промышленном отношении. Военно-экономический потенциал страны не соответствовал потребностям в боеприпасах, необходимых армии. Это был один из значимых факторов, предопределивших проигрыш России в Первой мировой войне.

Боеприпасная промышленность после гражданской войны
Сразу после гражданской войны истощенная экономически страна вынуждена была принять меры по демилитаризации экономики. Следовало восстановить большое число заводов и производств, призванных удовлетворить нужды машиностроения, сельского хозяйства, железнодорожного, воздушного, морского и речного транспорта и т.п. Многие боеприпасные заводы наращивали выпуск гражданской продукции, чтобы погасить убыточность от выпуска военной. По данным И.И. Вернидуба, убыточность предприятий военной промышленности удалось преодолеть в 1926 – 1927 гг. благодаря выпуску продукции мирного назначения в размере 33 % от общего объема производства. Выпуск гражданской продукции по орудийно-арсенальному и оружейно-пулеметному трестам составил 40% и 35% соответственно.

Следует отметить, что и в нынешние кризисные 1992 – 2004 гг. ряду предприятий боеприпасной промышленности удалось выстоять и сохраниться благодаря выпуску больших объемов гражданской продукции.
В 1926 – 1927 гг. наблюдался прогресс в организации новых производств, было открыто финансирование научно-исследо­вательских работ. В 1926 г. А.С. Бакаевым начаты систематические работы по созданию отечественных нитроглицериновых порохов, в научных лабораториях проведены опыты по получению пироксилина из древесной целлюлозы, изготовлению снарядов из сталистого чугуна, изготовлению железных (взамен латунных) гильз.

Однако были в этом деле труднопреодолимые проблемы – ограниченность средств и отсутствие специалистов высокой квалификации.

Не менее важным являлся вопрос реорганизации структуры управления военной промышленностью. С 1932 г. ВСНХ пре­образуется в ряд наркоматов. Особо значимым был Наркомат тяжелой промышленности. В этот наркомат входило Главное военно-мобилизационное управление, объединявшее все предприятия и организации оборонной промышленности, в том числе и промышленность боеприпасов. Возглавил наркомат талантливый организатор Григорий Константинович Орджоникидзе (Серго).

Главной задачей Наркомата тяжелой промышленности было развитие базовых отраслей: черной и цветной металлургии, химической промышленности. К 1939 – 1940 гг., по данным Б.П. Жукова, объем выпуска химической продукции увеличился в 1,6 раза. СССР вышел на первое место в Европе по производству серной кислоты. По суммарному производству продукции связанного азота (новая отрасль) химическая промышленность производила синтетического аммиака, азотной кислоты и аммиачной селитры в пересчете на аммиак приблизительно 450 тыс. т в год (в США – 400 тыс. т в год). Это являлось надежной основой производства порохов и ВВ. Советский период был самым значительным в развитии этой отрасли за всю историю России. Требовались большие финансовые ресурсы и напряженные организаторские усилия, иногда – в ущерб развитию других направлений народного хозяйства. Враждебное окружение молодой Советской республики вынуждало государственное руководство уделять этой отрасли особое внимание.

В 1930-х гг. по существу стала очевидной неизбежность крупного военного конфликта с фашистской Германией, а это потребовало больших усилий по развитию новых систем вооружения и боеприпасов к ним. Одновременно правительством на базе плановой экономики были созданы органы центрального управления этой отраслью оборонной промышленности. Организационные формы этого управления прошли проверку временем как в предвоенный период, когда создавался мобилизационный потенциал, так и в период Великой Отечественной войны, когда, несмотря на оккупацию крупных территорий страны, удалось организованно осуществить эвакуацию большого числа заводов на восток и в короткий срок развернуть там производство.

ВКП(б) и правительство уделяли исключительное внимание управлению оборонной промышленностью. Начиная с 1930 г. государственное управление боеприпасной промышленностью осу­ществлялось централизованными государственными структурами – наркоматами:
1932 год – Наркоматом тяжелой промышленности, Главным военно-мобилизационным управлением;
1935 год – Главным управлением боеприпасов, куда вошли снарядные, гильзовые, трубочные, взрывательные, пороховые и снаряжательные заводы;
1936 год – Наркоматом оборонной промышленности, Главным Управлением боеприпасов и Главным Управлением химической промышленности;
1939 год – Наркоматом боеприпасов (НКБ), Главными Управлениями по производству артиллерийских снарядов, мин и авиабомб, артиллерийских гильз; порохов и зарядов; взрывателей, капсюльно-пиротехнических изделий; взрывчатых веществ и снаряжению бое­припасов.

Первым наркомом боеприпасной отрасли был назначен И.П. Сергеев (1939 – 1941 гг.). В самый сложный период начала войны и до февраля 1942 г. наркомом был П.Н. Горемыкин.


ПРЕДВОЕННЫЙ ЭТАП РАЗВИТИЯ

Прежде чем рассмотреть исторические аспекты предвоенного развития боеприпасной отрасли, заглянем в начало XIX века, когда русский военный инженер А.Д. Засядько впервые в мире создал зажигательные и «гранатные» (фугасные) боевые ракеты трех калибров (51, 62,5 и 101,5 мм). В 1817 г. их действие было продемонстрировано в Петербурге, а с 1826 г. началось их серийное производство. Эти ракеты как осадное оружие были успешно применены в Русско-турецкой войне 1828 – 1829 гг.
Русским ученым В.А. Артемьеву и Н.И. Тихомирову принадлежит идея создания пусковой установки, с которой была запущена разработанная ими же тротило-пироксилиновая пороховая ракета, пролетевшая более 1300 м.

Велики заслуги русских инженеров и в развитии ракетного оружия. Боевые ракеты в русской армии применялись с давних пор и уже в 1680 г. в Москве было создано первое промышленное предприятие – «Ракетное заведение».

Замечательный вклад в развитие ракетной артиллерии внес русский ученый и изобретатель генерал К.И. Константинов. Ракеты его конструкции – предтечи современных систем залпового огня (СРЗО) – превосходили все зарубежные аналоги по дальности и точности поражения. Своими работами этот ученый совершил подлинный переворот в ракетостроении и способствовал тому, что русская ракетная техника впоследствии заняла ведущее место в мире.

Эти и другие открытия и изобретения наших соотечественников по существу заложили прочные основы создания тех средств вооруженной борьбы, которые стали в советское время предметом особой ответственности Наркомата боеприпасной отрасли (НКБ) – неотъемлемого партнера Наркомата оборонной промышленности СССР.
Создание самостоятельной отрасли не замедлило сказаться на ускоренном ее развитии, и в первую очередь – на развитии ее научной базы.

Ускоренными темпами развивался важнейший в отрасли боеприпасный институт НИИ-24. В предвоенные годы (1938 – 1941) в результате проведения исследовательских и опытно-конструкторских работ им разработаны 47 новых конструкций снарядов, принятые на вооружение Красной армии и освоенные в серийном производстве, в том числе новый бронебойный снаряд к 45-миллиметровый противотанковой пушке; модернизирован бронебойный снаряд к 76-миллиметровой пушке; создан 85-миллиметровый бронебойный снаряд для зенитной пушки, который имел очень высокую по тому времени эффективность, пробивая броню толщиной 90 мм под углом 30° на дальности 1000 м. В 1940 г. были отработаны 107-миллиметровый бронебойный снаряд и бронебойные снаряды к пушке калибра 122 мм и пушке калибра 152 мм образца 1935 г.

Большую роль в создании новых боеприпасов сыграл набравший творческий потенциал к 1930-м гг. НИИ-6. Этим институтом осуществлена разработка зарядов ко всем новым артиллерийским системам. Разработка зарядов в НИИ-6 проводилась по техническим заданиям видных конструкторов: сухопутной и морской артиллерии – В.Г. Грабина, М.Ю. Цирюльнико- ва, И.И. Иванова; авиационных пушек – А.Э. Нудельмана, Б.Г. Шпитального; минометного вооружения – Б.И. Шавырина. Благодаря работам этой талантливой плеяды конструкторов при творческом участии НИИ-6 советская артиллерия по техническому уровню накануне войны занимала первое место в мире.

Советские конструкторы взрывателей на высоком научном и техническом уровне обеспечили разработку и внедрение в массовое производство целого ряда взрывателей самого различного назначения: головных, донных, дистанционных, а также для авиационных бомб на пневматическом и всюдубойном принципах.

Советскую науку взрывателей представляли выдающиеся кон­структоры: В.П. Рдутловский, М.Ф. Васильев, Д.Н. Вишневский, В.К. Пономарев, А.Я. Карпов, Г.А. Окунь, М.А. Алифанов и др. Большинство разрабатываемых взрывателей могли применяться в широкой номенклатуре выстрелов: так, например, взрыватель КТМ-1 в годы войны применялся в 32 выстрелах различных калибров и назначения, к 23 системам наземной артиллерии.

Производство взрывателей в довоенные годы сосредоточивалось в основном на четырех специализированных заводах НКБ и в нескольких цехах гражданских машиностроительных предприятий.
Правительство высоко ценило труд конструкторов и производственников: в 1932 г. большая группа работников заводов и конструкторов взрывателей была награждена правительственными наградами.

Широким фронтом шла отработка авиабомбового вооружения. В эти предвоенные годы успешно завершается отработкой система фугасных авиабомб – осветительных, зажигательных и осколочных.
В производстве новых конструкций авиабомб стала широко применяться сварка и отливка из сталистого чугуна и стали. В 1938 г. постановлением Комитета обороны при СНК было создано Государственное союзное конструкторское бюро по авиабомбостроению – ГСКБ-47.

В 1938 – 1939 гг. создаются новые бронебойные авиабомбы БРАБ-250, БРАБ-500, БРАБ-1000, а также осветительные ФОТАБ-50-35, САБ-100-55, САБ-50-25 и посадочные осветительные ракеты ПР-8.

В 1939 г. за создание новых конструкций авиабомб и организацию их массового производства более чем 30 сотрудникам авиабомбового КБ (начальник Н.Т. Кулаков) были вручены правительственные награды.
Это же КБ наряду с авиабомбовым вооружением разрабатывало и минное оружие. В 1939 г. были приняты на вооружение противотанковая мина тМ-39 в металлическом корпусе и ТМД-40 с деревянным корпусом. В 1940 г. сдана на вооружение полевая мина заграждения ПМЗ-40, а также противопехотная мина ОЗМ-152. В этой мине фугасный заряд массой 6,3 кг выбрасывался пороховым зарядом и подрывался на высоте 0,5 м над поверхностью, раскалываясь на 3 000 осколков (главный конструктор этой и ряда других мин – Б.М. Ульянов). Практически все виды мин были созданы в ГСКБ-47.

Крупным научно-техническим достижением стало создание в 1937 г. под руководством Н.И. Тихомирова, а затем – Б.С. Петропавловского реактивных снарядов РС-82 для самолетов-истребителей, а в 1938 г. – РС-132 для бомбардировщиков. В 1939 г. эти реактивные снаряды были успешно применены в боевых операциях с Японией в районе реки Халхин-Гол. В этом же году прошли первые успешные испытания РС для сухопутных войск, однако их серийное производство ни в 1939 г., ни в 1940 г. развернуто не было в результате противодействия начальника ГАУ маршала Г. Кулика.

Только после смотра образцов новой техники 15 – 17 июня 1941 г. на полигоне под Москвой по заключению присутствующих на нем наркома обороны С.К. Тимошенко, наркома вооружения Д.Ф. Устинова, наркома боеприпасов П.Н. Горемыкина и начальника Генерального штаба Г.К. Жукова было принято решение о развертывании серийного производства реактивных снарядов М-13 к легендарной впоследствии «Катюше». Решение датировано 21 июля 1941 г. – за несколько часов до нападения фашисткой Германии.

Организационная структура Наркомата боеприпасов позволяла решать весь комплекс создания широкой номенклатуры изделий. Технической и производственной политикой руководили главки по соответствующим направлениям: по корпусам артиллерийских снарядов и мин, по корпусам авиабомб, по производству взрывателей и дистанционных трубок, по производству гильз, по производству ВВ и снаряжению ими боеприпасов, по производству порохов и зарядов из них, по производству пиротехнических средств и капсюлей.

Обширный объем испытаний при создании новых образцов и сдаче серийных партий в армию осуществлялся на ряде полигонов, объединенных в Главное управление полигонов.

Важнейшим в Наркомате было мобилизационно-плановое управление. Техническую политику Наркомата осуществлял технический отдел, он координировал и организовывал научно-технические и опытно-конструкторские работы.

Главным управлением капитального строительства осуществлялась большая работа по проектированию и организации строек – как в предвоенное время, так и особенно в период войны, когда в короткие сроки на восток удалось перебазировать многие заводы. Иногда за время движения составов с оборудованием и персоналом к месту эвакуации там уже были готовы проектные решения и полностью или частично – площади. Главное управление учебных заведений и кадров руководило подготовкой кадров в шести высших учебных заведениях и большом количестве техникумов, входивших в состав Наркомата. В условиях нарушенных войной кооперационных и сырьевых связей исключительно важным было Главное управление снабжения.

Организационная структура полностью себя оправдала в годы войны, когда Наркомат успешно справился сначала с эвакуацией заводов, а потом, по мере освобождения террито­рии от противника, – с восстановлением заводов на прежних местах.

Об эффективности работы НКБ можно судить по существенному росту производственных мощностей. Так, в 1941 г. они увеличились в 3 раза по сравнению с 1940 г. В 1940 г. снарядов и мин было изготовлено свыше 43 млн. Принятый в начале июня 1941 г. мобилизационный план предусматривал увеличение производства боеприпасов во втором полугодии по сравнению с первым в 2,5 раза.

Из вышеперечисленного видно, что по всем разделам деятельности НКБ – научно-техническому, организационному, мобилизационному – были приняты и осуществлены серьезные меры.

Военный этап развития

Однако первый период войны сложился для промышленности боеприпасов крайне неудачно и сложно: большая часть предприятий отрасли находились на юге и в центральных районах, оккупированных врагом. С августа по ноябрь 1941 г. из строя выбыло 303 предприятия, изготовлявших боеприпасы. Месячный выпуск этих предприятий составлял 8,4 млн корпусов снарядов, 2,7 млн корпусов мин, 2 млн корпусов авиабомб, 7,9 млн взрывателей, 5,1 млн гильз, 2,5 млн ручных гранат и т.д. Были утрачены мощности черной и цветной металлургии, машиностроения: на занятой противником территории про­изводилось до 71% чугуна, около 60% стали, 57% проката, 74% кокса, 71% железной руды.

Восполнение утраченных мощностей на востоке страны достаточно хорошо освещено в целом ряде исторических трудов и мемуаров. Отметим лишь, что боль­шая заслуга в организации четкой работы Наркомата боеприпасов в этот сложный период безусловно принадлежит талантливому инженеру и организатору, наркому с февраля 1942 г. по 1946 г. – Борису Львовичу Ванникову.

До назначения наркомом боеприпасов Б.Л. Ванников приобрел большой опыт руководства предприятиями, производящими вооружения: технический директор.

Люберецкого завода сельхозмашиностроения им. Ухтомского, директор Тульского оружейного завода, директор артиллерийского завода, народный комиссар вооружения (1939 г.) и нарком боеприпасов с 1942 г.
Его организаторские способности, целеустремленность, техническая компетентность позволили поставить выпуск боеприпасов на поточное производство и уже в 1942 г. выпустить их больше, чем Германия и работавшие на нее страны Европы. Позднее Б.Л. Ванников вспоминал: «В первый год войны было эвакуировано на новые места до 40% предприятий, производивших боеприпасы. Во время эвакуации было вывезено все необходимое для возобновления производства на новых местах, а также 30 – 40 % квалифицированных рабочих и ИТР».

Критическая точка в производстве боеприпасов, по свидетельству заместителя наркома вооружения В.Н. Новикова, была преодолена в начале 1942 г. – производство вступило в полосу подъема. С января по июль 1942 г. валовая продукция НКБ увеличилась на 66%. Выпуск артиллерийских снарядов в декабре 1942 г. по сравнению с декабрем 1941 г. увеличился почти в два раза, авиационных выстрелов – в 6,3 раза, мин – в 3,3 раза, в том числе производство 120-миллиметровых мин возросло в 16 раз. Выпуск реактивных снарядов за этот период увеличился в 1,9 раза, авиабомб – в 2,1 раза, ручных гранат – в 1,8 раза.

В 1942 г. промышленность боеприпасов (начиная со второго квартала) наращивала объемы такими темпами, что к концу года удалось ликвидировать преимущество Германии по обеспечению армии боеприпасами. Это наглядно продемонстрировала Сталинградская битва, когда Красная Армия израсходовала 15 млн артснарядов и мин!
Небывалый размах военных действий постоянно требовал увеличения выпуска боеприпасов, с одновременным созданием новых, более эффективных образцов, отвечающих условиям ведения войны. Это достигалось внедрением новых технологических процессов, таких, например, как литье в кокиль корпусов артиллерийских снарядов и мин, как автоматическая электросварка под слоем флюса корпусов авиабомб. Вводились поточные линии в производстве взрывателей, ускоренные процессы фабрикации порохов (УФ), прогрессивные технологии в производстве латунных гильз и др.

В научных лабораториях и КБ шло незримое соревнование с лучшими умами военной промышленности гитлеровского рейха. И советская научная и техническая мысль одержала убедительную победу. За счет повышения начальных скоростей выстрела была увеличена бронепробиваемость противотанковых пушек калибров 45 мм, 57 мм, 76 мм.

С 1944 г. танки Т-34 были вооружены пушками калибра 85 мм с подкалиберным снарядом, в результате чего их боевая мощь существенно увеличилась. За создание подкалиберных снарядов к 45-, 57-, 76- и 85-миллиметровыми пушкам И.С. Бурмистрову, В.Н. Константинову, П.И. Барабанщикову, Д.П. Беляеву, И.П. Дзюбе, В.В. Иерусалимскому и другим была присуждена.

Государственная премия. В 1941 – 1942 гг. разрабатывается и сдается на вооружение 76-миллиметровый кумулятивный снаряд. В 1942 г. в НИИ-24 были разработаны кумулятивные снаряды к гаубицам калибра 122 мм и 152 мм. Эти снаряды обеспечили успешную борьбу со всеми бронированными целями, в том числе и с новейшими немецкими танками «тигр». В 1943 г. в НИИ-6 разработана противотанковая кумулятивная граната РПГ-6, массой 1 100 г и весом ВВ 620 г. Она надежно пробивала броню толщиной около 122 мм.

В ходе войны серьезные испытания выпали и на долю пороховой промышленности. Промышленность порохов потеряла в начале войны 2/3 своих производственных мощностей: из восьми действующих пороховых заводов только пять было отправлено на восток. Большую часть снаряжательных заводов и заводов, производящих ВВ, также пришлось эвакуировать.

В первый год войны химическая промышленность потеряла 50% мощностей по производству аммиака, 77% – серной кислоты, 83% – кальцинированной соды, 70% – пластмасс. Существенными были потери мощностей по производству толуола.

Единственный завод, производивший заряды для реактивных систем, оказался на оккупированной Украине. Директор Казанского завода им. В.И. Ленина А.П. Якушев, начальник ОТБ Н.П. Путимцев к декабрю 1941 г. разработали ракетные заряды на основе пироксилиновых порохов с добавками окислителей. Эта работа позволила не допустить остановки производства систем залпового огня («Катюш»). Большая заслуга в решении этой сложной задачи принадлежит И.М. Силаеву, О.П. Михайлусову, В.В. Шнегасу, Ф.Н. Пойде и др.

В это же время на заводе в Перми (директор Д.Г. Бидинский, главный инженер Д.Е. Горбачев) в исключительно короткие сроки пускается цех по производству нитроглицериновых порохов и зарядов для «Катюши» по периодической технологии.

В 1942 – 1943 гг. в стенах ОТБ-98, расположенного на этом заводе (начальник М.И. Левичек), группа талантливых ученых и инженеров под руководством А.С. Бакаева разрабатывает непрерывную и универсальную технологию производства нитроглицериновых порохов.

По решению ГКО СССР на заводе в короткие сроки строится крупный цех по непрерывной шнековой технологии. По сравнению с периодическим производством эта технология подняла производительность труда на 40%, а выпуск пороховых зарядов к реактивным снарядам М-13 увеличился вдвое. В августе 1943 г. за успешное решение этой проблемы 44 работника ОТБ и завода были награждены орденами и медалями, среди них: А.С. Бакаев, Д.И. Гальперин, А.Э. Спориус и др.

Пороховая промышленность в 1942 г. не только восстановила свои мощности, но и быстро их наращивала.

Сложные вопросы пришлось в первый год войны решать по изготовлению ВВ и снаряжению боеприпасов. При производстве ВВ были применены технические условия военного времени, что позволило выпустить в 1941 г. тротила на 36% больше, чем в 1940 г., тетрила – на 88%, гексогена – на 60%. Тем не менее ощущалась острая нехватка тротила (из-за отсутствия толуола). В этих условиях значительная часть боеприпасов была переведена на рецептуры с применением большого процента аммиачной селитры.

В 1942 г. при снаряжении боеприпасов стали использовать мощный гексогенсодержащий состав А-1Х-2 и состав ТГА, ими снаряжалось более 20 изделий массовой номенклатуры боеприпасов. Учитывая непродолжительные сроки хранения боеприпасов, стали применять быстросохнущие покрытия, порой одноразовые. Авиабомбы и реактивные снаряды в военное время вообще не окрашивались.

Сохраняющаяся на всем протяжении войны нехватка толуола заставляла искать технические решения в целях сокращения процентного содержания тротила. Для снаряжения снарядов использовался амматол (58% тротила и 39% аммиачной селитры), шнейдерит (88% селитры, 12% динитронафталина), динамон (89% селитры, 11% хлопкового жмыха) и др. Морские мины, к которым требования по мощности боевых частей были особенно велики, снаряжались только чистым тротилом. Авиационные морские мины и боевые части торпед снаряжали мощным ВВ – ТГА (60% тротила, 24% гексогена и 16% алюминиевой пудры). С меньшими потрясениями пережила первый год войны пи­ротехническая промышленность. Уже в первые пять месяцев боев она увеличила выпуск продукции более чем вдвое, чему способствовал хороший научно-технический задел, который был создан в предвоенные годы. Большой вклад в развитие теории пиротехники внесли советские ученые И.В. Быстров, Н.Ф. Жиров, В.В. Шиловский, В.А. Сухих, И.И. Вернидуб, А.П. Ионов и др....
Благодаря их работам были созданы эффективные трассирующие пиротехнические средства для артиллерии, сигнальные пиротехнические средства (подача боевых приказов, сигналов бедствия, целеуказания и т.д.); маскирующие дымовые пиротехнические средства.О расходе дымовых средств можно судить по ходу Берлинской операции – в период нашего прорыва фронта немецких войск протяженность задымляемых участков достигала 310 км, при этом расход дымовых средств составил около 700 т.

Большую роль в боевых операциях играли осветительные авиабомбы (прицельное ночное бомбометание, освещение мест посадки самолетов, визуальная разведка и т.п.), зажигательные пиротехнические средства. Советскими конструкторами была создана самая мощная зажигательная бомба Второй мировой войны – ЗАБ-100-ЦК. В 1944 г. первым предприятием, награжденным главной наградой страны, орденом Ленина, стало ГСКБ-47.

С потерь начала войну и капсюльная промышленность страны. Из трех заводов два – из Ленинграда и Шостки – пришлось эвакуировать на восток, где в короткие сроки создавались новые производства капсюлей-детонаторов, пиропатронов для реактивных снарядов, электродетонаторов и электрозапалов. С 1942 г. капсюльная промышленность уже в основном удовлетворяла запросы боеприпасной отрасли, а в 1943 г. полностью обеспечивала все нужды фронта.
В 1944 – 1945 гг. наш боеприпасный потенциал не только полностью удовлетворял потребности действующей армии, но и позволил создать запасы боеприпасов на складах Дальневосточного и Забайкальского округов.

По свидетельству В.Н. Новикова, в самой крупной наступательной операции Великой Отечественной войны – Берлинской – степень оснащенности войск техникой, вооружением и боеприпасами не имела прецедентов. В этой операции было израсходовано 10 млн артиллерийских снарядов и мин, почти 3 млн ручных гранат, 241,7 тыс. реактивных снарядов. Всего – более 11,6 тыс. вагонов боеприпасов.

За слуги многих руководящих работников боеприпасной промышленности были отмечены высокими воинскими наградами: орденами Суворова I степени и Кутузова I степени был награжден нарком Б.Л. Ванников, а его заместители П.Н. Горемыкин – орденами Кутузова I и II степени, К.С. Гамов, Г.И. Ивановский, Н.В. Мартынов, П.Н. Пиголкин, Г.И. Синегубов и В.А. Махнев – орденом Кутузова II степени.

Высоких воинских наград были удостоены видные конструкторы-боеприпасники Д.Н. Вишневский, А.Я. Карпов, Д.П. Беляков, А.Н. Ахназаров, И.П. Дзюба и др. Орденами и медалями в апреле 1945 г. были награждены 1370 работников пороховых и снаряжательных заводов, а в июне – 1350 работников, производивших взрыватели.
Правительственных наград были удостоены 36 предприятий, НИИ и КБ наркомата боеприпасов.

Произведя в годы войны почти в два раза больше вооружения и военной техники, чем фашистская Германия, и при этом – с лучшими боевыми качествами, СССР доказал, что сумел лучше использовать материальные и людские ресурсы при меньшей промышленной базе, чем была у Германии и ее многочисленных союзников.

ПОСЛЕВОЕННЫЙ ЭТАП

В послевоенный период боеприпасная отрасль претерпевает ряд организационных преобразований. В январе 1946 г. боеприпасные предприятия передаются в Наркомат сельхозмашиностроения, а с марта – в Министерство сельскохозяйственного машиностроения СССР, в котором создается Главное управление боеприпасов. Министром назначается П.Н. Горемыкин (1946 – 1951 гг.). С 1951 по 1953 г. министром был С.А. Степанов. В марте 1953 г. на базе ряда машиностроительных министерств было создано Министерство машиностроения СССР во главе с М.З. Сабуровым, в которое вошли все заводы по производству боеприпасов. А в августе 1953 г. все боеприпасные заводы переданы в Министерство оборонной промышленности, министром которого был назначен Д.Ф. Устинов. В 1955 г. заводы по производству боеприпасов передают во вновь созданное Министерство общего машиностроения, министром которого был назначен П.Н. Горемыкин.

В 1957 г. боеприпасы вновь передаются в Министерство оборонной промышленности, в декабре с образованием совнархозов Министерство оборонной промышленности упраздняется, и боеприпасные заводы передаются в региональные Советы народного хозяйства. НИИ и КБ переходят во вновь образованный Государственный комитет по оборонной технике Совета министров СССР (ГКОТ), который за время его существования возглавляли А.В. Домрачев, К.Н. Руднев, Л.В. Смирнов, С.А. Зверев.

В ГКОТ Совета министров СССР, позднее – в ГКОТ СССР были образованы управления по соответствующим направлениям науки и техники бывшей боеприпасной отрасли.

Семь лет пребывания в совнархозах боеприпасные заводы решали не столько оборонные задачи, сколько вопросы перехода основных производств на выпуск гражданских видов продукции и товаров народного потребления. Однако НИИ и КБ, находящиеся в ведении ГКОТ СССР, занимались исклю­чительно основной оборонной тематикой.

Шестидесятые годы характеризуются обострением военно­политической обстановки в мире, которая приняла формы холодной войны, грозящей в отдельных случаях перейти в горячую. Капиталистический мир во главе с США использовал в этом противостоянии важнейшие научные достижения. В США и других странах широким фронтом велась разработка не только стратегических ракетных комплексов, но обновлялись все виды вооружения для различных родов войск (ВМФ, ВВС, сухопутных войск, инженерных и др.). СССР вновь, как и после революции, был поставлен перед фактом и был вынужден принимать адекватные меры, в том числе и в такой важнейшей области, как боеприпасная наука и промышленность.

После войны отрасль боеприпасов по существу не развивалась, а новые взгляды на военную доктрину с акцентом на ракетной технике привели Н.С. Хрущева к принятию разрушительных решений по снижению значения таких видов вооружения, как авиация, танки, артиллерия и др.

В 1965 г. народное хозяйство вновь переходит на централизованные формы управления, и боеприпасные заводы возвращаются в Министерство оборонной промышленности. В ноябре 1967 г. принимается постановление ЦК КПСС и Совета министров СССР об образовании специального министерства по производству боеприпасов – Министерства машиностроения СССР. Созданием такого министерства правительство СССР подчеркивало (как Герой Социалистического Труда В.В. Бахирев и в 1939 г. при создании НКБ) исключительную важность работ в области боеприпасов на современной научной основе.

В сферу деятельности Министерства помимо традиционных направлений (снаряды, мины, бомбы, взрыватели, ВВ, пороха и т.п.) вошли новейшие разработки по системам вооружений: оперативно-тактическим ракетам, противолодочным ракетам, заряды и двигатели к стратегическим комплексам, комплексам ПВО и ПРО, крылатым ракетам, ЗУРам, ПТУРсам и т.д.

Министром машиностроения СССР был назначен Вячеслав Васильевич Бахирев, работавший до этого назначения первым заместителем министра оборонной промышленности. Всей своей трудовой биографией В.В. Бахирев был подготовлен к решению задачи воссоздания в новых условиях современной отрасли боеприпасов.

За 20 лет работы министром В.В. Бахирев блестяще справился с поставленной перед ним задачей: под его руководством отрасль боеприпасов превратилась в современную наукоемкую и высокотехнологичную отрасль. За этот период родились новые научные направления и новые коллективы НИИ, созданы уникальные производственные мощности с высоким уровнем автоматизации технологических процессов. Успеху в деятельности Министерства способствовало умение и талант министра подобрать кадры и создать дружный рабо­тоспособный штаб отрасли.

Авторитет отрасли создавали такие руководители, как заместители министра В.Н. Раевский, В.Ф. Семенов, Н.И. Шишов, Д.П. Медведев, Н.Н. Афонский, Н.Г. Пузырев, В.И. Николаев, П.Г. Фатеев, Б.Б. Зайченков, А.А. Каллистов, Ф.Я. Котов, Е.Н. Витковский и др.
Многие годы плодотворно трудился в отрасли и продолжает трудиться в настоящее время Леонид Васильевич Забелин. Он совместно с Н.Г. Пузыревым и А.А. Каллистовым проделал большую работу по сохранению научного, исторического и производственного потенциала отрасли. В частности, им принадлежит заслуга написания ряда книг по истории боеприпасной отрасли, научных статей и монографий.

Производство боеприпасов и особенно порохов и взрывчатых веществ сопряжено с пожаро- и взрывоопасностью, поэтому тех­ническое перевооружение в первую очередь предусматривало создание безопасных технологий с максимальной их автоматизацией и максимальным исключением из процесса людей.

С именем В.В. Бахирева связано глубокое и тесное взаимодействие отраслевой науки с академической, оно было организационно оформлено совместным приказом министра машиностроения и президента АН СССР А.П. Александрова. Эффект такого взаимодействия проявился в создании новых материалов для артиллерийских и авиационных боеприпасов, новейшей компонентной базы для твердых ракетных топлив.

Бурное развитие твердотопливного ракетостроения – безусловная заслуга министра В.В. Бахирева, который брал на себя большую ответственность перед правительством и главными конструкторами систем (В.Ф. Уткиным, В.П. Макеевым, П.Д. Грушиным, А.Д. Надирадзе и др.) не только за сроки создания серийных производств и целых заводов, но и за технические характеристики твердых ракетных топлив, которые не уступали лучшим зарубежным образцам, а по ряду показателей – превосходили их.

Научно-техническое противостояние СССР и всего капита­листического мира ощущалось не только в ракетно-ядерной области, но шло и по широкому фронту многообразных видов оружия и боеприпасов. НИИ министерства разрабатывали и производили большую номенклатуру неядерных боевых частей по всем видам ракетной техники и средств ближнего боя, современных артиллерийских выстрелов к наземным, танковым, корабельным и авиационным пушкам, большое разнообразие твердотопливных зарядов, пиротехнических изделий и т.д.

Тот факт, что все эти средства и изделия разрабатывались на самом высоком научно-техническом уровне, подтверждается успешной конкуренцией наших разработок на внешнем рынке вот уже более десяти последних лет. На всех крупных международных выставках и ярмарках вооружения и боеприпасов разработки советских и российских ученых и конструкторов неизменно пользуются большим успехом.

Визитной карточкой боеприпасного министерства, как и в годы Великой Отечественной войны, являлись системы ракетного залпового огня (РСЗО): «Катюша» – «Град» – «Ураган» – «Смерч». В создание и развитие РСЗО вложен талант и труд выдающегося конструктора А.Н. Ганичева, его ученика – главного конструктора РСЗО Г.А. Денежкина и генерального директора ГНПП «Сплав» Н.А. Макаровца. За выдающиеся достижения в разработке этого вида оружия А.Н. Ганичеву и Г.А. Денежкину присвоено звание Героев Социалистического труда, а генеральному директору ГНПП «Сплав» Н.А. Макаровцу – звание Героя России.

Детищем В.В. Бахирева стал образованный с 1969 г. по его инициативе НИИ прикладной гидромеханики (в настоящее время ФГУП – ГНПП «Регион»). В.В. Бахирев своевременно поддержал научные подразделения в НИИ-24 и ГСКБ-47, где велись работы по созданию оригинальных конструкций управляемого противолодочного оружия. По существу, для этого направления он создал институт, который в короткие сроки заявил о себе как о зрелом творческом коллективе. С 1971 г. этому институту поручается создание нового вида авиационных боеприпасов – корректируемых и управляемых авиабомб (КАБ и УПАБ). За время существования ФГУП ГНПП «Регион» поставлено на вооружение ВВС и ВМФ 12 образцов управляемого оружия.

Большая работа была проведена по созданию разовых бомбовых кассет для поражения взлетно-посадочных полос аэродромов всех классов, а также автострад. Сложный путь прошла сданная на вооружение в 1977 г. уникальная, не имеющая мировых аналогов противолодочная ракета «Шквал» с гидрореагирующим двигателем. В решение сложных научных проблем высокоскоростного движения ракеты под водой внесли большой вклад ученые: В.Р. Серов, Е.Д. Раков, А.И. Зарубин, В.М. Кудрявцев, Е.С. Шахиджанов, Г.В. Логвинович и др.

В ГНПП «Регион» разработаны противолодочные ракеты АПР-2 и АПР-3, применяемые сбросом с самолетов-носителей и поражающие современные подводные лодки на больших глубинах (до 600 м) и при скоростях хода до 80 км/час.

В 1978 г. ГНПП «Регион» было награждено орденом трудового Красного Знамени, 23 сотрудника стали лауреатами Ленинской и Государственной премий СССР и премии Ленинского комсомола.

В ГНПП под руководством главного конструктора Б.Е. Мерцалова и Н.С. Привалова сдана на вооружение серия корректируемых авиационных бомб.

Важнейшим разделом работы Министерства машиностроения были работы твердых ракетных топлив и зарядов к системам ПРО, ПВО, ЗУРам, ПтУРам и ракетам класса «воздух – воздух» и «воздух – поверхность», а также по созданию боевых частей и взрывателей к этим системам.

Приоритетной задачей в деятельности Министерства с самого начала стало создание топлив и зарядов к ракетным системам оперативно-тактического и стратегического назначения. Превосходство этих ракетных комплексов над комплексами вероятного противника в значительной мере определялось энергией, заложенной в смесевых твердых топливах, а также надежными и безопасными эксплуатационными характеристиками этих топлив. И в этом виде деятельности, как и в ряде других, проявились энергия, ум и целеустремленность В.В. Бахирева. Перед главными конструкторами ракетных систем он брал на себя и выполнял запредельные обязательства по разработке совместно с АН СССР новейших компонентов твердых топлив, по созданию уникальных производств и целых заводов. Сегодня критики административно-командной системы представляют в явно искаженном виде роль первых руководителей Министерства как неких «фельдфебелей», стучавших кулаком по столу. А на самом деле в 1960, 1970, 1980-е гг. у руководства отраслями стояли технические интеллектуалы да еще с великолепными качествами организаторов.

В.В. Бахирев прекрасно знал оружейное производство, он любил строить – хорошо знал проектное дело и организацию стройки, знал всех министров строительных министерств и руководителей строительных трестов на местах. Он был высокообразованным технологом машиностроения, за годы руководства Министерством глубоко разобрался в сложной науке и непростом производстве специальной технической химии. Иногда, беседуя с каким-либо руководителем химического завода, он говорил: «Я не химик по образованию, но я инженер, а потому в состоянии разобраться и с вашими проблемами, и с вашей технологией». Это было действительно так – через несколько лет работы министром он обсуждал на профессиональном уровне с А.Н. Несмеяновым, В.А. Коптюгом, Н.М. Эмануэлем, Ф.И. Дубовицким, А.П. Александровым, Б.Е. Патоном проблемы, решаемые ими и их институтами в интересах Минмаша.

Сегодня общеизвестна первопроходческая роль ученых СССР в создании таких компонентов ракетных топлив, как АДНА и гидрид алюминия, в создании рецептур топлив с их применением и в создании крупных промышленных производств как этих компонентов, так и зарядов с их использованием.
Послевоенный период развития систем вооружения, особенно последняя треть ХХ в., потребовал создания принципиально новых видов вооружения с акцентом на повышенной эффективности у цели, на точности и широком применении управляющих систем с использованием электроники. В какой-то период классические боеприпасы – артиллерийские, бомбовые, инженерные, стрелковые – отошли на второй план. Однако в начале 1960-х гг. им вновь было уделено должное внимание, начался период научных поисков путей их существенной модернизации. Как это ни парадоксально, но решение научных проблем бронепробития, повышения эффективности осколочно-фугасных зарядов у цели, создание новых видов порохов для стрелкового и артиллерийского выстрела, механических и электронных взрывательных устройств было проблемой не менее сложной, чем создание новых видов оружия. В классических направлениях были использованы все исследованные возможности, а повышение эффективности на несколько процентов давалось лишь после глубоких исследований и больших финансовых затрат.

В артиллерии это ярко выразилось в соревновании брони и снаряда. Работами созданного в советское время НИИ-24 (сегодня – НИМИ) впервые в мире была реализована концепция гладкоствольной пушки и создан боекомплект из бронебойных оперенных подкалиберных (БОПС), кумулятивных (КС) и осколочнофугасных (ОФС) снарядов. На протяжении последних десятилетий XX в. поражение современных танков верояного противника надежно обеспечивалось боекомплектом к танковой пушке Д-81 калибра 125 мм. Для практической реализации концепции таких выстрелов были проведены глубокие исследования по физике быстропротекающих процессов, по определению параметров бронепробития, запреградному действию боеприпасов, по принципам и методам формирования кумулятивной струи, по эффективности бронебойно-подкалиберных снарядов в зависимости от свойств применяемых сплавов и супервысокопрочных мартенситных сталей.

Наряду с выстрелами к танковым пушкам и сухопутным орудиям в НИМИ создана необходимая номенклатура выстрелов, предназначенных для использования в корабельных универсальных артиллерийских установках (АУ), таких как АК-725, АК-176, АК-100, АК-130 с калибрами: 57, 76, 100, 130 мм. На вооружение сдан комплекс береговой обороны САУ «Берег» с унитарными выстрелами АК-130, не имеющий аналогов в мире по скорострельности.

Конечно, этими артиллерийскими выстрелами не исчерпывается широкая номенклатура изделий, разработанных НИИ для обеспечения армии при решении широкого спектра боевых задач. К таким новым изделиям относятся: танковый выстрел с ОФС повышенной эффективности, снаряды-постановщики радиопомех, разнообразные практические и холостые боеприпасы для обучения и тренировки войск, инженерные боеприпасы, которые могут приводиться в действие дистанционно или автономно с избирательным эффектом (либо – по технике, либо – по живой силе).

Большая номенклатура артиллерийских боеприпасов всех калибров, минометных выстрелов, большая часть калибров стрелкового вооружения, средства ближнего боя (гранатометы) немыслимы без современных рецептур и зарядов из пироксилиновых порохов. Современные выстрелы как артиллерии, так и стрелкового вооружения характерны высокой скорострельностью, что определяет их большой расход. Задача создания современных пироксилиновых порохов и зарядов, а также разработка аппаратуры и технологии для их производства были возложены в СССР и сейчас в России на Государственный НИИ химических продуктов (ФГУП «ГНИИХП»), выросший из созданного в годы войны при Казанском заводе им. Ленина ОТБ-40. В 1965 г. ОТБ преобразовывается в институт (НИИХП, а с 1992 г. – ГНИИХП).

Программа модернизации заводов по производству пирок­силиновых порохов была выполнена в 1960 – 1970-х гг. Во главе разработчиков программы модернизации стоял А.В. Грязнов – опытный пороховик, длительное время работавший директором завода им. Ленина (г. Казань). В результате был разработан непрерывный процесс удаления растворителя из зерненых порохов, интенсифицирован процесс удаления растворителя из трубчатых порохов, разработан высокопроизводительный способ непрерывной пластификации пороха, фильтрации пороховой массы и прессования пороховых шнуров.

В ГНИИХП в 1960 – 1970-е гг. разрабатывались:
■ высокоэнергетические артиллерийские пороха и метательные заряды к танковым выстрелам;
■ малоградиентные термостойкие пороха к малокалиберным выстрелам;
■ сферические пороха к современному автоматическому стрелковому вооружению;
■ пороха и заряды к системам ближнего боя;
■ рецептура и технология производства сгорающих гильз.

Работе ГНИИХП коллегия Министерства машиностроения уделяла большое внимание, учитывался непростой труд пороховиков, нередко связанный с опасностью. Работы ГНИИХП высоко оценивались и Министерством, и правительством. За создание порохов и зарядов к артиллерийским системам «Гиацинт», «Пион», Д-81, гранатомету «Костер», к комплексам «Метис» и «Кобра» творческий коллектив ученых и конструкторов ГНИИХП удостоен Государственной премии СССР, многие ИТР и рабочие удостоены правительственных наград. Большой творческий вклад в развитие науки и технологии пироксилиновых порохов внесли Г.Н. Марченко, М.Ф. Юсупов, М.А. Бельдер, А.С. Ермошкин, С.Г. Богатырев, В.И. Гиндич, А.Г. Корсаков и др.
В настоящее время ГНИИХП руководит В.Ф. Сопин. Институту предстоит в ближайшие годы решать вопросы очередной модернизации технологии, исходя из реальных заказов МО и возросших требований по экономике, имея в виду, что производство порохов является энергоемким и потребляющим дорогие виды сырья.

Сегодня прочные позиции во всех армиях мира заняли боевые машины пехоты (БМП) и боевые машины десанта (БМД). Разработку боекомплектов для вооружения этих машин, а также для авиационных пушек и для пушек ВМФ осуществляет ГНПП «Прибор», выросший из созданного в 1945 г. КБ № 398.

В 1962 г. ГСКБ-398 преобразовано в НИИ приборов (НИИП), в 1977 г. НИИП и его филиал в г. Ногинске преобразованы в НПО «Прибор».
В постановке научных исследований в области создания новых конструкций боеприпасов, технологии их производства большая заслуга принадлежит первым директорам предприятия – А.П. Артамонову (с 1960 по 1970 г.) и С.С. Голембиовскому (с 1970 по 1990 г.). На современном научно-техническом уровне дело своих предшественников продолжает действующий директор О.Т. Чижевский.
За полвека существования коллективом «Прибора» сдано в серийное производство более 100 различных видов боеприпасов к комплексам с калибрами 20, 23, 25, 30 и 37 мм. Основу современного малокалиберного артиллерийского вооружения составляют 30-миллиметровые автоматические пушки с гаммой боеприпасов того же калибра на базе единого патрона АО-18.

Для БМП-2, БМП-3, БМД-2, БМД-3, ЗПРК «Тунгуска», ЗПРК «Панцирь» используются четыре типа боеприпасов: осколочно-фугасно-зажигательные (ОФЗ), осколочно-трассирующие (ОТ), бронебойно-трассирующие (БТ) и бронебойно-подкалиберные (БПС).
Аналогичные боеприпасы используются в авиационных пушках на самолетах МиГ-27, МиГ-29, Су-25, Су-27, на вертолетах Ми-24П, Ми-28 и Ка-50. Для метательного заряда разработан пироксилиновый порох с малой зависимостью давления газов и скорости снаряда от температуры порохового заряда.

ГНПП «Прибор» является головным разработчиком выстрелов для подствольных и автоматических гранатометов, в частности, ГП-25, устанавливаемого на автоматы АК. Им разработаны также два выстрела ВОГ-25 с осколочной гранатой и ВОГ-25П с осколочной «прыгающей» гранатой. Для автоматических гранатометов применяется выстрел ВОГ-30 на дальность приблизительно 1 700 м.

Опыт Великой Отечественной войны наглядно показал эффективность использования пиротехнических средств в военных операциях, это определило создание в 1945 г. специального НИИ прикладной химии (НИИПХ). В настоящее время номенклатура изделий, поставленных им на комплектацию всех родов войск, превышает 450 наименований.

Основными разработками ФНПЦ НИИХП являются:
■ пассивные тепловые ложные цели и противорадиолокационные средства;
■ маскирующие, защитные и помехообразующие составы и средства;
■ металлизированные огнесмеси и зажигательные составы;
■ осветительные, фотоосветительные и сигнальные средства;
■ плазменные ложные цели;
■ твердые пиротехнические топлива для реактивных прямоточных двигателей, прямоточных воздушно-реактивных двигателей и гидрореактивных двигателей;
■ источники низкотемпературного азота для систем управления и ориентации;
■ воспламенительные устройства и средства пироавтоматики;
■ автономные пиротехнические малогабаритные источники тока для систем питания и задействования боеприпасов.

Сегодня без вышеперечисленных разработок трудно представить современные зажигательные и осколочно-фугасные авиабомбы и снаряды, бомбовые кассеты, боевые части к РСЗО, к реактивным пехотным огнеметам и гранатометам.

Исключительная заслуга в развитии пиротехнической науки в период до 1945 г. принадлежит ученым НИИ-6, ГСКБ, НИИ-24: И.И. Вернидубу, И.В. Мильчакову, А.Ф. Шидловскому, В.А. Захаровой (НИИ-6); А.П. Якушеву, В.А. Преображенскому, А.П. Звереву, С.П. Стрелкову (ГСКБ-47); Б.А. Орлову, И.М. Привалову, П.Г. Буракову, И.П. Дзюбе, П.И. Барабанщикову (НИИ-24).

В разработку современных пиротехнических средств большой вклад внесли переведенные из НИИ-6 высококвалифицированные специалисты. С 1958 г. должность заместителя директора по научной работе исполнял молодой ученый Н.А. Силин. В 1964 г. он был назначен директором НИИПХ. Новое поколение ученых и руководителей (Е.С. Шахиджанов, В.Д. Борисов, Н.М. Вареных, В.Н. Емельянов, А.А. Андреев и др.). внесло большой вклад в дальнейшее развитие пиротехнической науки. Дружная команда ученых, конструкторов и технологов под руководством Н.А. Силина работала 32 года. Сегодня этот важнейший в боеприпасной отрасли НИИ возглавляет ученик Н.А. Силина Н.М. Вареных.

Важнейшим звеном в боеприпасной отрасли является производство взрывчатых веществ, технология снаряжения ими большой номенклатуры боеприпасов. История и достижения этой отрасли объемно и полно изложены в капитальном труде «Взрывчатые вещества. Пиротехника. Средства инициирования в послевоенный период», вышедшим под редакцией Н.Г. Пузырева.

Здесь же отметим становление и развитие единственного в СССР НИИ, разрабатывающего проблемы химии, технологии, экологической и технологической безопасности в производстве взрывчатых веществ – ГосНИИ «Кристалл». Выросший из СКТБ-80, созданного в 1953 г. при заводе им. Свердлова, НИИ «Кристалл» достиг наивысшего расцвета в период деятельности министра машиностроения В.В. Бахирева, ко­торый энергично поддерживал развитие этого коллектива и, в частности, расширение площадей, оснащение института современной аппаратурой и вычислительной техникой.

Большой вклад в развитие современных технологических процессов получения тротила, гексогена, октогена, ТЭНа, тетрила внес талантливый ученый и организатор Н.Н. Работинский, 14 лет работавший заместителем директора по науке и 25 лет – директором НИИ «Кристалл».

С 1977 г. по настоящее время первым заместителем директора по науке работает С.П. Смирнов – признанный авторитет в области синтеза новых ВВ, исследования их свойств, компоновки смесевых ВВ, разработки мер безопасности при обращении с ними в производстве и в армии. О масштабах проделанной институтом работы в составе Мин-маша можно судить по таким цифрам: за 1971 – 1985 гг. НИИ «Кристалл» внедрено на заводах отрасли 43 прогрессивных технологических процесса, 100 единиц современного оборудования, около 10 тыс. приборов контроля и средств автоматизации.

Логика развития боеприпасной науки и промышленности в послевоенный период привела к созданию научно-исследовательского института, способного решать широкий спектр задач по обеспечению эффективного промышленного производства большой гаммы боеприпасов к самым различным системам.

До начала 1960-х гг. в снаряжательных производствах использовалась по существу технология военных лет с высоким процентом ручного труда. В 1964 г. постановлением ЦК и Совмина СССР НИИ-4, ведущий свое развитие как снаряжательная организация от филиала НИИ-1 (г. Красноармейск), определяется как головной институт в области разработки новых технологий и оборудования для снаряжения боеприпасов. В становлении этого НИИ (ныне ФГУП «КНИИМ») лежит труд большого числа талантливых инженеров, ученых, организаторов. Значительный творческий вклад в развитие института внесли его директора Т.Г. Корняков (1962 – 1969 гг.), В.С. Калашников (1969 – 1981 гг.), Е.С. Шахиджанов (1981 – 1986 гг.), Б.В. Мациевич (с 1986 г. по настоящее время); заместители директоров Н.Е. Шамайденко, А.И. Сидорков, И.В. Ледерман, М.П. Локанцев, В.П. Глинский и др. Массовость производства и высокие требования к эффективности действия боеприпасов у цели предопределили конструкторскую и научную направленность работ. В 1960 – 1970-е гг. существенно модернизируется технология шнекования боеприпасов для артиллерии малого и среднего калибра, разрабатываются и устанавливаются автоматизированные линии. В 1970-х гг. в промышленность внедряются разработанные КНИИМ авто­матизированные линии снаряжения реактивных осколочных гранат ОГ-9 и ОГ-15.

В 1960-е гг. возобновлены углубленные исследования по тех­нологии порционного прессования, что позволило применять в снаряжении боеприпасов более мощные ВВ и обеспечить более высокую безопасность при выстреле (за счет гарантированной сплошности и плотности). Использование для снаряжения по этому методу составов А-1Х-1 и А-1Х-11 в модернизированных и новых боеприпасах позволило поднять их эффективность в 1,5 – 2 раза. На вооружение были приняты ОФС повышенного могущества для калибров 100, 115, 122, 125, 130, 152, 203 мм, а также головные части «Града», «Луны» и «Точки». С 1973 г. по этому методу на основе уникального прессового оборудования началось переоснащение заводов подотрасли. В 1982 г. работа творческого коллектива КНИИМ и НИМИ по созданию технологии массового производства ОФС повышенного могущества удостоена Государственной премии. В институте на современном техническом уровне освоен метод снаряжения боеприпасов заливкой – как чисто тротиловых, так и с высоким содержанием гексогена (противопехотные и противотанковые мины, авиационные бомбы, торпеды и т.д.). В 1970 г. КНИИМ разрабатывает и внедряет первое автоматизированное производство пластичных ВВ.

В конце 1960-х – начале 1970-х гг. по разработкам института внедряются автоматизированные линии для снаряжения большой номенклатуры кумулятивных снарядов. В автоматизированной линии широко используется пневмоавтоматика. Механизированный поток внедряется в промышленность для сборки боеприпасов ближнего боя: ПГ-7, ПГ-9, РПГ-7, СПГ-9. В 1970-х гг. внедряются разработанные институтом поточные линии сборки РСЗО.

Разработка институтом большого числа механизированных и автоматизированных линий, новых видов оборудования (прессы, заливочные устройства с вибрацией и т.п.) потребовала углубленных исследований в области безопасности как самих процессов, так и конструкций безопасных зданий. Институтом были выданы проектировщикам исходные данные, на основе которых реконструировались и строились новые цеха и заводы.

Наука и производство снаряжения боеприпасов наивысшее развитие получили в период деятельности Министерства машиностроения. Работники КНИИМ и по сей день высоко ценят огромное внимание и деловую требовательность министра В.В. Бахирева и его заместителей В.Ф. Семенова и В.Н. Раевского к техническому перевооружению отрасли.

К классическим видам боеприпасов с момента появления авиации относится авиабомбовое вооружение, создаваемое с 1938 г. в ГСКБ-47. В разное время директорами ГСКБ-47, внесшими значительный вклад в развитие КБ, были: Н.Т. Кулаков (1938 – 1950 гг.), А.И. Купчихин (1954 – 1959 гг.), Д.Д. Руказен- ков (1959 – 1972 гг.), О.К.Каверин (1972 – 1982 гг.), А.С.Обухов (1982 – 2000 гг.). В настоящее время ГНПП «Базальт» возглавляет В.В. Кореньков.

С начала 1980-х гг. в НПО «Базальт» существенные изменения произошли в научной тематике, было уделено внимание сокращению типажа авиабомб и разработке их на основе глубоких теоретических проработок. Будучи генеральным конструктором, А.С. Обухов широко внедрял в конструирование математическое моделирование, новые представления о физике взрыва, дроблении оболочек, распространении ударных волн в плотных средах и т.д. В этот период в НПО «Базальт» впервые в мире разрабатываются боевая часть к гранатомету РПГ-2 тандемного действия, бомбовые кассеты с самоприцеливающимися боевыми элементами и другие изделия, которые выпускаются и в наши дни.

Трудами нескольких поколений ученых, конструкторов и технологов в ГНПП «Базальт» создано и сдано на вооружение более 600 образцов боеприпасов различного назначения, всегда отвечавших самым высоким требованиям. Среди них – авиационные бомбовые средства поражения; минометные выстрелы с минами различного назначения для всех калибров минометов; противотанковые гранатометные комплексы, выстрелы к артсистемам типа «миномет-орудие» и др. Указанные боеприпасы широко применимы на самолетах фронтовой и дальней авиации, в частности, на ракетоносце-бомбардировщике Ту-22М3.
Высокая эффективность разработок ГНПП «Базальт» под­тверждается постоянным спросом и интересом к его работам на международных рынках вооружений. Эти разработки находятся на вооружении более чем в 40 странах мира. Лицензии на производство 61 вида боеприпасов переданы в 11 стран.

После Великой Отечественной войны в связи с бурным развитием различных систем ракетного оружия важное научное и конструкторское значение приобрело направление по созданию боевых частей ракет.

Первоначально с задачами   по этому направлению справлялся НИИ-6, в конце 1950-х гг. крупный конструкторский отдел был образован в структуре созданного АНИИХТ (г. Бийск). Возглавил это КБ переведенный из Москвы (из НИИ-6) А.А. Нерченко. Им была про­делана большая работа по созданию не только конкретных конструкций для ряда ракетных комплексов, но и самостоятельного научного направления в этой боеприпасной области. К концу 1960-х гг. В.В. Бахиревым принимается решение о создании в составе Дзержинского научно-исследовательского химико-технологического института (ныне ГосНИИ «Кристалл») СКБ боевых частей (1970 г.). Руководителем СКБ становится А.С. Обухов. СКБ под его руководством проходит в короткие сроки организационную стадию, стремительно набирает портфель заказов и в 1977 г. решением правительства преобразуется в первый в стране специализированный институт по разработке боевых частей для ракетного оружия различного назначения. 

К моменту создания НИИмаша СКБ уже имело с помощью ДНИХТИ современную исследовательскую и испытательную базу, кадровый состав СКБ существенно пополнился молодыми специалистами из вузов Москвы, Томска, Горького, Казани, Куйбышева и т.д.

В обучении и становлении молодого коллектива большую роль сыграли сотрудники, прибывшие из АНИИХТа: Г.Г. Музилаев, Г.М. Горяинов, В.Н. Репняков, С.Н. Никитин, Э.В. Караваев и др. Большая заслуга в создании НИИмаша принадлежит его первому директору А.С. Обухову, возглавлявшему СКБ НИИмаш 12 лет.

В 1982 г. директором НИИмаша стал В.А. Авенян. Ко второй половине 1980-х гг., несмотря на то что в тематике БЧ продолжают успешно работать по отдельным направлениям ГСКБ-47, АНИИХТ и НИИ-6, лидером в этой области становится НИИмаш, он способен решать любые задачи по этой тематике.

Вышеупомянутые научные коллективы Минмаша в 70 – 80-е гг. обеспечивают огромный объем исследовательских и конструкторских работ под конкретные системы: «воздух – воздух» – Р-24, Р-27, Р-73, Р-40, Р-77 и др.; для противокорабельных ракетных комплексов – «Москит», «Уран»; для противолокационных ракет – Х-25, Х-31П, Х-59; для зенитных ракетных комплексов – «Тунгуска», С-300ПМУ1; для противотанкового комплекса – «Корнет» и др.

Ученые, конструкторы и производственники Минмаша сумели в кратчайшие исторические сроки создать новое направление в военной технике, не уступающее по своему техническому уровню лучшим зарубежным образцам, что подтверждается большим спросом на эти разработки на международном рынке в составе продаваемых ракетных комплексов различного назначения.

Исключительное значение в боеприпасной отрасли всегда имели средства подрыва боеприпаса – взрыватели. В годы Второй мировой войны задачи подрыва боеприпасов решались механическими взрывателями. В 1930 г. в СССР создается специализированный НИИ по разработке взрывателей (ныне ГУП НИИ «Поиск»). До 1945 г. в СССР он являлся единственным предприятием по разработке трубок, взрывателей и систем воспламенения для различного вида боеприпасов. Большой творческий вклад в создание взрывателей в военный период внесли И.А. Ларионов, А.Я. Карпов, М.И. Кейн, В.К. Пономарев и др.
В послевоенный период НИИ «Поиск» существенно укрепляет научно-исследовательские подразделения, создающие базы для конструкторских подразделений, для решения более сложных задач и требований создателей боеприпасов. В развитие института как крупного научного центра внесли большой личный вклад его директора Николай Алексеевич Еньков (с 1953 по 1974 г.) и Борис Борисович Тимофеев (с 1975 по 1992 г.).

В институте в эти годы создается новое поколение взрывателей – электромеханические – с использованием принципов механики, пиротехники, электроники. Институт прочно занимает нишу по созданию взрывателей для торпедного оружия, кассетных боеприпасов и ракетных систем залпового огня. В 1970-1980-е гг. институт создает третье поколение электронных взрывательных устройств. С 1992 г. по настоящее время НИИ «Поиск» возглавляет известный ученый и организатор Л.С. Егоренков.

Перспективность неконтактных взрывательных устройств проявилась уже в последние годы Второй мировой войны, их стали применять в боеприпасах Англии и США.

В СССР быстрыми темпами создается новое техническое направление. В 1945 г. на Владимирском заводе «Точмаш» под руководством А.А. Рассушина были собраны первые радиовзрыватели с использованием эффекта Доплера для авиабомб. Вскоре решением ГКО по представлениюА.А. Рассушина был создан НИИ-504 (ныне ОАО «Импульс»). К 1948 – 1950 гг. в НИИ была создана научная база по проектированию и испытанию неконтактных взрывателей, а также налажено их серийное производство. Большой творческий вклад в развитие института в эти годы внесли: руководитель работ профессор Н.Н. Миролюбов, Б.В. Карпов, Н.С. Расторгуев, Н.А. Мартынов, Н.Д. Пославский, В.Н. Кабановский, Л.С. Субботин, А.А. Рассушин. В марте 1953 г. правительством принято решение тематику НИИ-504 сосредоточить на разработке и создании радиовзрывателей для зенитных ракет ПВО, а для разработки неконтактных взрывателей к ствольной артиллерии создать филиал института. Вскоре филиал стал самостоятельным институтом (Объединение «Дельта»).

НИИ-504 сосредоточивает свои исследования на разработке радиовзрывателей для зенитных ракет, в том числе к системам С-25, С-75, С-125, С-200.

В начале 1980-х гг. институт разрабатывает РВ к системе С-300 как для ПВО, так и для ВМФ. НИИРТа активно участвует в космической тематике – по заданию главного конструктора ОКБ им. Лавочкина Г.Н. Бабакина разработал аппаратуру для управления двигателями мягкой посадки на поверхность Венеры и Марса (доплеровский измеритель скорости и радиовысотомер).

Техническая политика Министерства машиностроения и ГРАУ по созданию неконтактных взрывателей для артиллерии предусматривала решение сложной задачи создания унифицированного взрывателя для всех снарядов, имеющих возможность переключаться принудительно или автоматически на контактное действие. Габариты и вес неконтактных взрывателей должны быть идентичны существовавшим взрывателям и соответствовать штатным таблицам стрельбы. Технология производства должна быть такой же массовой, как у механических, и с такой же экономикой.

По научной, инженерной и технологической сложности задача была грандиозной и для министерства, и для министра, вложившего в ее решение свой инженерный и организаторский талант. Такой взрыватель был создан (ВУ «Сигнал»). Огромный вклад в создание промышленной технологии его производства в виде завода-автомата внес НИТИ под руководством П.И. Снегирева. Автоматизация производства обеспечила возможность его массового производства при трудоемкости 3,5 нормочаса.

Решение этой задачи было осуществлено благодаря замечательному творческому коллективу, руководимому директорами Н. Овсянниковым, В.В. Пальмовским, где наряду с конструкторами и учеными-радиотехниками А.М. Соголовым, Г.А. Окунем, В.А. Горюновым трудились замечательные материаловеды под руковод­ством М.В. Барковой, создавшие широко известный конструкционный материал АГ-4 и его варианты, имеющие прочность легированных сталей, а по трудоемкости и стоимости в несколько раз дешевле.

В 1962 г. создается научно-исследовательский технологический институт (г. Железнодорожный), который вырос из образованного в 1947 г. при заводе НКБ ОКБ. НИТИ в короткие сроки создает высокопрофессиональный коллектив разработчиков взрывателей на различных принципах: механические, электромеханические, пьезоэлектрические, неконтактные, для широкого диапазона боеприпасов (авиабомбы, НУРы, ПТУРы и т.п.).

Крупным достижением коллектива НИТИ явились его работы по созданию оборудования, техпроцессов и автоматических линий для производства взрывателей на специализированных заводах отрасти. Большой вклад в создание взрывательных устройств внесли главные конструкторы направлений В.И. Пчелинцев, И.Д. Клебанов, В.Ф. Тимофеев, В.А. Афанасьев, Е.П. Балдин. За 30 лет работы НИТИ сдано на вооружение 137 образцов взрывателей.

С 1968 по 1976 г. директором НИТИ работал Ю.И. Краснощеков, возглавивший впоследствии ЦНИИХМ Минмаша. С 1976 по 2004 г. НИТИ возглавлял П.И. Снегирев.

За период деятельности с 1968 по 1990 г. институт достиг наивысшего расцвета. Под руководством и с участием П.И. Снегирева было разработано, изготовлено и внедрено на предприятиях отрасли 290 единиц автоматических и роторно-конвейерных линий обработки и сборки изделий, 68 автоматических линий и автоматов контроля. Большой вклад в создание взрывательных устройств внес коллектив НИИЭП (г. Новосибирск), созданный в 1957 г. на базе ОКБ завода точного машиностроения МОП СССР.

Коллектив НИИЭП своим становлением обязан заботливой опеке НИИРТа, где несколько десятков радистов и конструкторов прошли обстоятельную стажировку, а затем некоторое время вели параллельную разработку взрывателя.

После назначения в 1963 г. директором Н.Н. Афонского НИИЭП в короткие сроки обретает собственное лицо. Молодой коллектив ученых, конструкторов, технологов (Н.М. Чернавский, И.В. Вишневский, Л.И. Чебоненко, Н.П. Прокопенко и др.) сдает в эксплуатацию взрыватели для ракет морского базирования, лазерные взрыватели для ракет «воздух – воздух». Институт успешно стал применять в своих разработках бортовую вычислительную технику в комплексе с взрывательным устройством, что позволяло получать информацию о типе цели, ее скорости и маневренности, а это, в свою очередь, позволяло делать эффективными не только взрыватели, но и боевые части для ЗУР, в том числе для С-300.

Пять вышеупомянутых коллективов за годы существования Минмаша создали необходимую и обширную номенклатуру: механические взрыватели и вышибные устройства для 23- и 30-миллиметровых осколочно-фугасных, зажигательных и многоэлементных снарядов к авиационным пушкам; ударно-дистанционные взрыватели к ручным гранатам, гранатам для автоматических наземных и авиационных гранатометов и капсулам огнеметов; электромеханические взрыватели для противолодочных авиационных и корабельных торпед; неконтактные взрыватели для артсистем и для управляемых ракет различных классов и противотанковых мин.

Созданная в СССР научная и производственная база по про­изводству взрывательных устройств обеспечивала нужды боеприпасов и ракетной техники для всех родов войск в текущем производстве и большой научный задел для перспективных видов оружия, в том числе высокоточного.

В деятельности Министерства машиностроения все направления обширной номенклатуры изделий, как в живом организме, составляли единое целое, это требовало постоянного внимания руководства ко всем без исключения разделам науки и техники боеприпасной отрасли. Однако, при всей важности этих направлений, область порохов и твердых ракетных топлив приковывала внимание коллегии и министра в большей степени, особенно в части создания научных баз и производственных мощностей для разработки рецептур и производства зарядов для стратегических ракетных комплексов, комплексов ПВО и ПРО, оперативно-тактических комплексов и т.п.

Ситуация обострялась тем, что США несколько раньше нас перевели военные стратегические ракетные комплексы, созданные ранее с использованием жидких ракетных топлив, на твердотопливные заряды. Надо было догонять. Эту задачу довелось выполнить Министерству машиностроения. В кратчайшие сроки в 1958 – 1978 гг. были созданы необходимые производственные мощности и крупная научно-исследовательская база. К работам в этой области специальной химии были привлечены коллективы институтов АН СССР. Совместная деятельность координировалась органом, созданным совместным приказом президента АН и министра машиностроения.

Большой вклад в создание высокоэффективных компонентов смесевых твердых топлив, рецептур этих топлив и зарядов из них внесли академики А.П. Александров, Н.Н. Семенов, Н.М. Эмануэль, В.А. Тартаковский, Н.С. Ениколопов, Г.К. Боресков, К.И. Замараев, Б.А. Долгоплоск, Н.К. Кочетков, В.А. Легасов, А.Н. Несмеянов, члены-корреспонденты АН СССР С.С. Новиков, Ф.П. Дубовицкий и др.
Рассмотрение проблемы специальной технической химии регулярно проводилось на совещаниях НИИ АН СССР в Москве. Ряд проблем выносились на рассмотрение СО АН СССР, АН УССР, АН БССР. Для подготовки и проведения таких научно-технических совещаний много сделали В.А. Коптюг, Б.Е. Патон, Н.А. Борисевич, А.С. Садыков. Участие в таких совещаниях президента АН СССР А.П. Александрова и крупных ученых из академических и отраслевых институтов Москвы придавало работам по оборонной тематике в республиканских НИИ приоритетное значение. Так, в решение ряда научных и практических проблем при создании технологии и производств продуктов АДНА и ГА (гидрид алюминия) большой вклад внесен учеными и производственниками Украины и Узбекистана.

Образованные в короткие сроки и хорошо оснащенные ис­следовательской и испытательной техникой коллективы ФЦДТ «Союз», ФНПЦ «Алтай», ФГУП «НИИПМ», ЦНИИ ХМ создали высокоэффективные ракетные твердые топлива для систем, разрабатываемых под руководством главных конструкторов: С.П. Королева – 8К98; В.П. Макеева – РСМ-52; А.Д. Надирадзе – «Пионер», «Тополь», «Тополь-М», «Луна» и др.; С.П. Непобедимого – «Точка», «Точка-У», «Ока», «Игла» и др.; Н.И. Гущина – «Искандер»; В.Ф. Уткина – РТ-23; А.Г. Шипунова – «Тунгуска», «Конкурс», «Метис», «Корнет», «Панцирь», «Каштан» и др.; П.Д. Грушина, В.Г. Светлова – семейство С-300 и др.; Л.В. Люльева – «Бук», «Куб», «Квадрат», «Круг» и др.; Г.А. Соколовского – Р-73 и др.

Во главе коллективов НИИ, создавших твердые топлива и заряды из них, стояли талантливые организаторы и ученые, получившие академическое признание и награжденные высшими государственными наградами.

Широкую известность и одобрение главных конструкторов ракетных систем получили работы по созданию топлив и зарядов, выполненные под руководством ученых отраслевых НИИ Ми­нистерства машиностроения: дважды Героя Социалистического Труда академика АН СССР Б.П. Жукова, дважды Героя Социалистического Труда Я.Ф. Савченко, Героя Социалистическо­го Труда академика АН СССР Г.В. Саковича, Героя Социалистического Труда члена-корреспондента АН СССР Л.Н. Коз­лова, члена-корреспондента АН СССР В.В. Венгерского, члена-корреспондента АН СССР Н.А. Кривошеева.

НИИ и заводы Министерства машиностроения в области специальной технической химии совместно с НИИ и заводами Министерства химической и нефтехимической промышленности, а также Министерства цветной металлургии в 1980-х гг. и позднее могли решать на высоком научном и техническом уровне все задачи, выдвигаемые главными конструкторами систем оружия, как в исследовательском цикле, так и в производстве.

ОТРАСЛЬ В ГОДЫ ПЕРЕСТРОЙКИ И ЭКОНОМИЧЕСКИХ РЕФОРМ, ВОЗМОЖНЫЕ СПОСОБЫ ВЫХОДА ОТРАСЛИ ИЗ КРИЗИСА

В 1987 г. началась реализация непродуманных перестроечных решений. Самой губительной стала потеря управляемости промышленности, в том числе и оборонной. В хорошо организованную структуру управления оборонными отраслями и оборонными предприятиями, в проверенную систему подготовки кадров прокрались бесконтрольность (под предлогом борьбы с командными методами управления), демагогия в подборе директоров предприятий путем их выборности на местах (их стали выбирать, изображая демократию). Управляемость стала резко падать. В этой обстановке министр машиностроения В.В. Бахирев подал заявление правительству о своем освобождении. В 1987 г. министром машиностроения был назначен Борис Михайлович Белоусов.

Вынужденный работать в команде перестройщиков, он, как и другие министры оборонных министерств, пытался сохранить научно-технические достижения в боеприпасной отрасли и темпы роста производства за счет выпуска ТНП и гражданской продукции на созданных ранее и на вновь организованных конверсионных производствах. Несмотря на ликвидацию в 1990 г. Министерства машиностроения (предприятия ММ передаются в Министерство оборонной промышленности), боеприпасная отрасль в этот период (1987 – 1991 гг.) сумела сохранить свой кадровый потенциал, производственные мощности и продолжала вести большой объем перспективных научно-исследовательских работ по всей номенклатуре боеприпасов и важнейших изделий для комплектации всех видов вооружения, создаваемых в других оборонных министерствах.

В конце 1991 г. одновременно с распадом СССР меняется структура управления народным хозяйством – ликвидируются отраслевые министерства, в том числе и все оборонные министерства.
Оборонная промышленность вступила в период недолговременных структурных построений, пытавшихся проводить техническую политику, без реальных возможностей влиять на экономические и финансовые аспекты деятельности предприятий.

За 12 лет (с 1992 по 2004 г.) оборонная промышленность переживает шестую реформу управления. Боеприпасная отрасль утратила свой научный и производственный потенциал и находится в состоянии практической ее ликвидации. Коллективы промышленных предприятий сохраняли в течение какого-то времени свой облик благодаря хорошо организованному ранее производству гражданской продукции и товаров народного потребления: доля Министерства машиностроения в общем объеме производства гражданской продукции и товаров народного потребления превышала 50%; по отдельным номенклатурам доля Министерства машиностроения в общем объеме выпуска по стране составляла значительную величину.

Выпуск гражданской продукции и товаров народного потребления представлен в таблице.
В гражданском секторе производства было занято более половины промышленно-производственного персонала министерства. За годы реформ большинство вышеуказанных производств было либо ликвидировано, либо свернуто до минимальных размеров. Квалифицированные рабочие кадры оказались без рабочих мест и ежегодно в возрастающих масштабах пополняли армию безработных или в лучшем случае – ряды торговцев. Пополнения рабочих кадров за счет молодежи не происходит, по этой причине ранее созданные и эффективно действовавшие производства ликвидируются навсегда.

Рыночная экономика в состоянии, по всей вероятности, решить в будущем вопросы организации и выпуска отечественной гражданской продукции по мере достижения ее конкурентоспособности с зарубежными производителями. Однако в условиях рыночной стихии оборонная промышленность обречена на гибель из-за отсутствия как финансирования ее государством, так и строгой и четкой вертикали управления.

Сегодня при создании сложных систем и комплексов вооружения создание кооперации исполнителей связано порой с непреодолимыми препятствиями – в частности, в вопросах обеспечения комплектующими, сырьевой и компонентной базами. Целый ряд предприятий химической, нефтехимической, металлургической и других отраслей промышленности либо просто отказываются от поставок, либо выдвигают невыполнимые финансовые условия. Без государственной воли, прежде всего в области управления, такая разнородная, с массовым производством и материалоемкая боеприпасная отрасль не способна возродиться.

Следует учитывать и такой важный аспект, как циклы развития науки и производства в этой области. В ХХ веке боепри­пасная отрасль обновлялась каждые 20 лет. Так, технический уровень 1920-х гг. потребовал революционных изменений на основе последних достижений отечественной и мировой науки, и к 1940 г. СССР перевооружил боеприпасную отрасль.

После Великой Отечественной войны боеприпасная наука и техника, за исключением ракетной техники, практически остановилась в своем развитии до 1965 г. (20 лет) и стала развиваться в условиях централизованного управления в Министерстве машиностроения.

Таблица 2.3.2
В современных условиях циклы обновления образцов вооружения и боеприпасов стали более короткими из-за стремительного развития электроники, материаловедения, химии и т.п. Отдельные образцы боеприпасов начинают устаревать через 5–10 лет службы. Если учесть, что с 1991 г. в боеприпасной науке либо свернуты, либо сведены к минимуму исследователь­ские работы, то 12 – 13-летний «провал» отбрасывает Россию в отставание от других стран на 20 – 25 лет (при условии, если мы немедленно начнем догонять).

РУКОВОДЯЩИЕ КАДРЫ

Исторический опыт России и боеприпасной отрасли указывает на ряд основополагающих факторов для ее сохранения и развития. Среди них, бесспорно, на первом месте – руководящие кадры.

Руководящие кадры как в структурах управления боеприпасной промышленностью, так и непосредственно на предприятиях должны быть профессионально подготовленными, чтобы активно реагировать на мировые тенденции в развитии вооружения, на новые научные открытия в области материаловедения и новые технологии.

В государственных органах, отвечающих за кадровую политику, должна быть восстановлена практика создания резерва кадров.

Особо важным и неотложным является решение на государственном уровне проблемы создания приоритетов для роста научных кадров и повышения качества подготовки инженерных кадров в высшей школе.

ФОРМА СОБСТВЕННОСТИ

Начиная с Петра I, большинство предприятий боеприпасной промышленности имели казенную форму собственности, а заводы по производству порохов и ВВ были практически все казенными.

Только такая форма собственности позволяет сохранить в нормальном состоянии как действующие, так и законсервированные мощности. Акционирование ряда предприятий пороховой промышленности в 1993 – 1996 гг. привело к их полной ликвидации, несмотря на то, что эти АО должны были сохранять мобилизационные мощности.

Необходимы законодательные акты по сохранению мощностей в базовых отраслях промышленности (металлургия, целлюлозная промышленность, производство крепких кислот, пластмасс и т.д.), которые сегодня в основной массе перешли на акционерную форму собственности и нередко – с контрольными пакетами у иностранцев.

КРИТИЧЕСКИЕ ТЕХНОЛОГИИ

В боеприпасной отрасли ряд технологий в кризисных условиях перешли в разряд критических. К рассмотрению сложившейся ситуации в различные годы (1995 – 2004 гг.) привлекался большой круг ученых, специалистов, руководителей различных уровней промышленности, входивших в соответствующие «советы».

Имеется набор конкретных практических рекомендаций по выходу из создавшейся ситуации. Однако эти рекомендации на протяжении многих лет не приняты и не утверждены правительством.

Дальнейшее промедление с решением вопроса по критическим технологиям приведет к утрате национальной безопасности.

ФУНДАМЕНТАЛЬНЫЕ НАУЧНЫЕ ИССЛЕДОВАНИЯ

В связи с ликвидацией советской системы постановки фунда­ментальных исследований, нацеленных на достижение наивысших характеристик в боеприпасах и ракетной технике, в настоящее время управляемость и система в этой области отсутствуют. Необходимо в рамках современного состояния ВПК и РАН восстановить практику рассмотрения перспективных научных работ как в рамках экспертных советов РАН, так и в аппарате правительства (ВПК), с утверждением этих фундаментальных работ и ответственных за их выполнение лиц на правительственном уровне.

Можно быть уверенным, что при воссоздании четкой и продуманной вертикали управления, при реальной государственной поддержке отрасль сможет выйти из кризиса и обеспечить армию современными боеприпасами, без которых немыслима независимость России.